23 августа — Собор новомучеников и исповедников Соловецких

По иро­нии судь­бы ме­сто по­движ­ни­че­ства ве­ли­ких рус­ских свя­тых – Со­ло­вец­кие ост­ро­ва в Бе­лом мо­ре – в го­ды боль­ше­вист­ских ре­прес­сий ста­ло ме­стом му­че­ни­че­ства для мил­ли­о­нов невин­но осуж­ден­ных лю­дей, на­силь­ствен­но по­ме­щен­ных в нече­ло­ве­че­ские усло­вия, из ко­то­рых ве­ла толь­ко од­на до­ро­га – к смер­ти.

Но как бы ни бы­ли же­сто­ки их ис­тя­за­те­ли, как свет от неуга­си­мой лам­па­ды, над зем­лей ар­хи­пе­ла­га под­ни­ма­лась к небу мо­лит­ва о Рос­сии. И внут­рен­ней, ду­хов­ной сво­бо­ды на Со­лов­ках в го­ды са­мых лю­тых ре­прес­сий бы­ло боль­ше, чем «на сво­бо­де» в СССР.

Свя­той ост­ров

«…Со­лов­ки – див­ный ост­ров мо­лит­вен­но­го со­зер­ца­ния, сли­я­ния ду­ха вре­мен­но­го, че­ло­ве­че­ско­го с ду­хом веч­ным, Гос­под­ним. Тем­ная опушь пя­ти­сот­лет­них елей на­пол­за­ет на блед­ную го­лу­биз­ну сту­де­но­го мо­ря. Меж­ду ни­ми лишь тон­кая бе­лая лен­та ед­ва за­мет­но­го при­боя. Тишь. По­кой. Штор­мы ред­ки на По­лу­ноч­ном мо­ре. Ти­ши­на ца­рит и в глу­би зе­ле­ных де­брей, где лишь стро­гие ели пе­ре­шеп­ты­ва­ют­ся с тре­пет­но-неж­ны­ми – та­ких неж­ных ни­где, кро­ме Со­лов­ков, нет – неве­ста­ми-бе­рез­ка­ми. Шел­ко­ви­стые мхи и гу­стые па­по­рот­ни­ки ку­та­ют их за­сту­жен­ные дол­гой зи­мой кор­ни. А гри­бов-то, гри­бов! Ка­ких толь­ко нет!…» Та­кой за­пом­нил при­ро­ду ост­ро­ва один из немно­гих чу­дом вы­жив­ших уз­ни­ков Со­ло­вец­ко­го ла­ге­ря осо­бо­го на­зна­че­ния – пи­са­тель Бо­рис Ши­ря­ев.

Зем­ля, ове­ян­ная пре­да­ни­ем… В XV ве­ке мо­нах Ки­рил­ло-Бе­ло­зер­ско­го мо­на­сты­ря, по име­ни Сав­ва­тий, став­ший от­шель­ни­ком, от­плыл на пу­стын­ную со­ло­вец­кую зем­лю вме­сте со сво­им спо­движ­ни­ком – мо­на­хом Гер­ма­ном. По­се­ли­лись они воз­ле Се­кир­ной го­ры, воз­двиг­ли крест, по­ста­ви­ли кел­лию. Позд­нее на это ме­сто при­шел и дру­гой свя­той по­движ­ник – мо­нах Зо­си­ма, а уже за ним – че­ре­да от­шель­ни­ков, ис­кав­ших толь­ко мо­лит­вен­но­го уеди­не­ния и слу­же­ния Бо­гу.

Нелег­кой бы­ла эта зем­ля для жиз­ни: зи­мой мо­ро­зы под со­рок, ле­том гнус. Тру­да­ми и спа­са­лись бра­тия.  Ка­мень за кам­нем из ве­ка в век воз­дви­га­ли они сте­ны свя­той оби­те­ли, Со­ло­вец­ких со­бо­ров и хра­мов. На­тру­жен­ные уз­ло­ва­тые ру­ки ино­ков тя­ну­ли се­ти, раз­би­ва­ли гря­ды под ого­род, те­са­ли брев­на. И меж­ду тру­дом в по­те ли­ца со­вер­ша­лась непре­стан­ная, не раз­вле­ка­е­мая мо­лит­ва о Ру­си. Не пре­ры­ва­лась ду­хов­ная связь, не пре­кра­ща­лась че­ре­да по­движ­ни­ков.

По пре­да­нию, пре­по­доб­ный Зо­си­ма, по­мо­лив­шись од­на­жды, из­гнал с ост­ро­ва вол­ков – не долж­на зем­ля свя­тая быть за­пят­нан­ной кро­вью ни лю­дей, ни жи­вот­ных – тво­ре­ний Бо­жи­их…

Но спу­стя ве­ка неве­ро­ят­ный из­гиб во­об­ра­же­ния ру­ко­во­ди­те­лей но­во­го Со­вет­ско­го го­су­дар­ства пре­вра­тил свя­тую зем­лю Со­лов­ков в один из са­мых страш­ных ла­ге­рей смер­ти. Над древним Пре­об­ра­жен­ским со­бо­ром был во­дру­жен крас­ный флаг, по сте­нам рас­став­ле­ны кон­вой­ные, а внут­ри был устро­ен на­сто­я­щий ад. С 20-х гг. до вклю­че­ния ла­ге­ря в си­сте­му со­вет­ско­го «пла­но­во­го эко­но­ми­че­ско­го про­из­вод­ства» он был лишь ме­стом бес­смыс­лен­но­го ка­торж­но­го тру­да и физи­че­ско­го ис­треб­ле­ния.

«Вла­сти­те­ли»

…Про­мерз­шие, го­лод­ные, из­мож­ден­ные от жаж­ды, по­сле дол­гих ча­сов, про­ве­ден­ных на на­рах, лю­ди схо­ди­ли на зем­лю по­след­не­го сво­е­го зем­но­го при­бе­жи­ща.

На­чи­на­лась пе­ре­клич­ка. На­чаль­ник, вер­нее, «вла­ды­ка» ост­ро­ва тов. Ног­тев и его по­мощ­ник Вась­ков све­ря­ли спис­ки. При­вет­ствие к за­клю­чен­ным: «Здо­ро­во, гра­чи!» со­про­вож­да­лось по­яс­не­ни­ем: «…у нас здесь власть не со­вет­ская, а со­ло­вец­кая!»

Пер­вое имя. Вот из строя но­во­при­быв­ших вы­хо­дит во­ен­ный сред­них лет, спо­кой­но, до­стой­но, как преж­де вхо­дил он с до­кла­дом в ге­не­раль­ный штаб ар­мии. И вдруг на гла­зах у ше­рен­ги за­клю­чен­ных он па­да­ет. Вы­стре­ла они не слы­ша­ли и по­ня­ли, что про­изо­шло, толь­ко ко­гда Вась­ков по­до­звал кон­вой­но­го, чтобы от­та­щить те­ло уби­то­го. А за­тем вот так, под ду­лом убий­цы, на во­ло­сок от смер­ти, про­хо­дит по пе­ре­клич­ке вся пар­тия, и сре­ди них за­клю­чен­ный Бо­рис Ши­ря­ев. И так – каж­дый раз, один-два рас­стре­ла на ме­сте про­сто для то­го, чтобы сло­мить в лю­дях са­му па­мять о том, что еще недав­но они «бы­ли людь­ми».

Те­перь уз­ни­ки зна­ют: от из­ло­мов по­хмель­ной фан­та­зии «вла­стей» за­вит каж­дый их шаг и са­ма жизнь. За «про­ступ­ки», на­при­мер, невы­пол­не­ние «нор­мы вы­ра­бот­ки» – сру­бить и об­те­сать де­сять де­ре­вьев в день – их мо­гут по­ме­стить на всю ночь лю­той зи­мой в быв­шую де­ре­вян­ную го­лу­бят­ню, ли­шив верх­ней одеж­ды… К утру от­ту­да из­вле­ка­ли за­мерз­ший труп… А ле­том «по­ста­вить на ко­ма­ри­ки» – оста­вить без одеж­ды свя­зан­ны­ми в ле­су; за несколь­ко дней гнус бук­валь­но съе­дал че­ло­ве­ка за­жи­во.

Ка­торж­ное на­се­ле­ние Со­лов­ков в пер­вые го­ды их су­ще­ство­ва­ния ко­ле­ба­лось от 15 до 25 ты­сяч. За зи­му ты­сяч семь-во­семь уми­ра­ло от цин­ги, ту­бер­ку­ле­за и ис­то­ще­ния. Во вре­мя сып­но­ти­фоз­ной эпи­де­мии 1926–27 гг. умер­ло боль­ше по­ло­ви­ны за­клю­чен­ных. С от­кры­ти­ем на­ви­га­ции в кон­це мая еже­год­но на­чи­на­ли при­хо­дить по­пол­не­ния, и к но­яб­рю нор­ма преды­ду­ще­го го­да пре­вы­ша­лась. Та­ко­ва бы­ла по­все­днев­ная жизнь лю­дей, по боль­шей ча­сти без ви­ны ока­зав­ших­ся в за­клю­че­нии, со­кры­тая от «но­во­го по­ко­ле­ния со­вет­ских граж­дан».

Му­че­ни­ки

…Они бы­ли раз­ны­ми. Сре­ди со­ло­вец­ких ис­по­вед­ни­ков уже к 1926 г. ока­за­лось 29 ар­хи­ере­ев Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви. В ла­гер­ных усло­ви­ях они об­ра­зо­ва­ли цер­ков­ный ор­ган  –  Со­бор со­ло­вец­ких епи­ско­пов. Иерар­хи и ду­хо­вен­ство пред­став­ля­ли со­бой до­ста­точ­но ор­га­ни­зо­ван­ную груп­пу за­клю­чен­ных, во гла­ве ко­то­рой сто­ял пра­вя­щий епи­скоп Со­ло­вец­кий.

В 1926 г. со­бо­ром был пред­при­нят по­сту­пок огром­но­го му­же­ства: со­став­ле­но об­ра­ще­ние к пра­ви­тель­ству СССР (зна­ме­ни­тое «Со­ло­вец­кое по­сла­ние»), в ко­то­ром от­кры­то бы­ли за­яв­ле­ны фак­ты го­не­ния на Цер­ковь и несов­ме­сти­мо­го с кон­сти­ту­ци­он­ны­ми нор­ма­ми вме­ша­тель­ства во внут­ри­цер­ков­ные де­ла:

«…Под­пи­сав­шие на­сто­я­щее за­яв­ле­ние от­да­ют се­бе пол­ный от­чёт в том, на­сколь­ко за­труд­ни­тель­но уста­нов­ле­ние вза­им­ных бла­го­же­ла­тель­ных от­но­ше­ний меж­ду Цер­ко­вью и го­су­дар­ством в усло­ви­ях те­ку­щей дей­стви­тель­но­сти, и не счи­та­ют воз­мож­ным об этом умол­чать. Бы­ло бы неправ­дой, не от­ве­ча­ю­щей до­сто­ин­ству Церк­ви и при­том бес­цель­ной и ни для ко­го не убе­ди­тель­ной, ес­ли бы они ста­ли утвер­ждать, что меж­ду Пра­во­слав­ной Цер­ко­вью и го­судар­ствен­ной вла­стью Со­вет­ских рес­пуб­лик нет ни­ка­ких рас­хож­де­ний. Но это рас­хож­де­ние со­сто­ит не в том, в чём же­ла­ет его ви­деть по­ли­ти­че­ская по­до­зри­тель­ность и в чём его ука­зы­ва­ет кле­ве­та вра­гов Церк­ви. Цер­ковь не ка­са­ет­ся пе­ре­рас­пре­де­ле­ния бо­гатств или их обоб­ществ­ле­ния, т.к. все­гда при­зна­ва­ла это пра­вом го­су­дар­ства, за дей­ствия ко­то­ро­го не от­вет­ствен­на. <…> Это рас­хож­де­ние ле­жит в непри­ми­ри­мо­сти ре­ли­ги­оз­но­го уче­ния Церк­ви с ма­те­ри­а­лиз­мом, офи­ци­аль­ной фило­со­фи­ей ком­му­ни­сти­че­ской пар­тии и ру­ко­во­ди­мо­го ею пра­ви­тель­ства Со­вет­ских рес­пуб­лик.
Ни­ка­ки­ми ком­про­мис­са­ми и уступ­ка­ми, ни­ка­ки­ми ча­стич­ны­ми из­ме­не­ни­я­ми в сво­ем ве­ро­уче­нии или пе­ре­тол­ко­ва­ни­я­ми его в ду­хе ком­му­низ­ма Цер­ковь не мог­ла бы до­стиг­нуть та­ко­го сбли­же­ния. Жал­кие по­пыт­ки в этом ро­де бы­ли сде­ла­ны об­нов­лен­ца­ми…
Пра­во­слав­ная Цер­ковь ни­ко­гда не станет на этот недо­стой­ный путь и ни­ко­гда не от­ка­жет­ся ни в це­лом, ни в ча­стях от сво­е­го об­ве­ян­но­го свя­ты­ней про­шлых ве­ков ве­ро­уче­ния в уго­ду од­но­му из веч­но сме­ня­ю­щих­ся об­ще­ствен­ных на­стро­е­ний…».

Ав­то­ры об­ра­ще­ния за­яв­ля­ли о необ­хо­ди­мо­сти прак­ти­че­ско­го во­пло­ще­ния де­кла­ри­ру­е­мо­го вла­стя­ми прин­ци­па раз­де­ле­ния церк­ви и го­су­дар­ства, стро­го­го раз­гра­ни­че­ния их сфер. Дух до­ку­мен­та был непо­ко­ле­би­мым в от­но­ше­нии все­го, что ка­са­ет­ся сво­бо­ды цер­ков­ной. Это бы­ло сви­де­тель­ство прав­ды в узах, под угро­зой пы­ток и физи­че­ско­го уни­что­же­ния…

Мно­гим свя­щен­но­слу­жи­те­лям не суж­де­но бы­ло остать­ся в жи­вых. Смерть не вы­би­ра­ла меж­ду епи­ско­па­ми и при­ход­ски­ми свя­щен­ни­ка­ми. В ста­ци­о­на­ре на Ан­зе­ре, сла­вив­шем­ся осо­бо же­сто­ким об­ра­ще­ни­ем мед­пер­со­на­ла с боль­ны­ми, во вре­мя сып­но­ти­фоз­ной эпи­де­мии скон­чал­ся ар­хи­епи­скоп Петр (Зве­рев), а вла­ды­ку Ила­ри­о­на (Тро­иц­ко­го), быв­ше­го для ты­сяч «со­лов­чан» ду­хов­ной опо­рой, при­ме­ром хри­сти­ан­ско­го бла­го­ду­шия и люб­ви да­же к вра­гам, тиф на­стиг уже при воз­вра­ще­нии из ла­ге­ря.

Рас­стре­лы, бо­лез­ни, го­лод, ис­то­ще­ние… а кто-то по­пал в чис­ло му­че­ни­ков «Се­кир­ки», как пол­тав­ский ба­тюш­ка Ни­ко­дим, о чьем ду­хов­ни­че­ском по­дви­ге сви­де­тель­ство­вал Б. Ши­ря­ев. Ста­рец, ко­то­ро­му  ни­кто не при­сы­лал по­сы­лок и пи­сем (воз­мож­но, по­то­му, что неиз­вест­но бы­ло ме­сто его за­клю­че­ния), од­на­ко необ­хо­ди­мый всем ве­ру­ю­щим на Со­лов­ках. Его на ве­рев­ке про­тас­ки­ва­ли в кро­шеч­ные окон­ца ка­мер-кел­лий и про­во­ди­ли под ви­дом ак­те­ра на ре­пе­ти­ции «ХЛАМа», чтобы он мог за крат­кое вре­мя ис­по­ве­до­вать быв­ших про­сти­ту­ток, об­ра­тив­ших­ся к Бо­гу, бла­го­да­ря тер­пе­ли­во­му и крот­ко­му об­ще­нию с ни­ми …фрей­ли­ны трех рус­ских го­су­да­рынь. В од­ну из но­чей о. Ни­ко­дим за­дох­нул­ся или за­мерз, уго­див в ниж­ний ряд «шта­бе­лей».

А сколь­ко ве­ру­ю­щих из чис­ла ми­рян оста­лось ле­жать в брат­ских мо­ги­лах, в то­пях, на скло­нах Ан­зе­ра и у под­но­жья Се­кир­ной Го­ры! Ари­сто­кра­ты, ге­не­ра­лы, уче­ные и кре­стьяне… Сре­ди по­стра­дав­ших на Со­лов­ках был, на­при­мер, про­стой рус­ский му­жик Петр Алек­се­е­вич, ко­то­ро­го од­но­сель­чане-ста­ро­об­ряд­цы за глу­бо­кую ве­ру и пра­вед­ность жиз­ни … вы­бра­ли ца­рем, узнав об убий­стве за­кон­но­го го­су­да­ря Ни­ко­лая Алек­сан­дро­ви­ча Ро­ма­но­ва. Этот мо­гу­чий Петр Алек­се­е­вич и на ост­ро­ве са­мо­от­вер­жен­но «нес бре­мя го­су­да­ре­ва прав­ле­ния»; од­но­го по­яв­ле­ния «на­род­но­го ца­ря» бы­ло до­ста­точ­но, на­при­мер, для то­го, чтобы огол­те­лая ла­гер­ная шпа­на от­сту­пи­ла от сво­их жертв и вер­ну­ла ото­бран­ные ве­щи. Тиф не по­ща­дил и его. Бы­ла сре­ди них и та са­мая 70-лет­няя ста­руш­ка-фрей­ли­на, ко­то­рая пред­ва­ри­ла при­ход о.Ни­ко­ди­ма к сво­им со­сед­кам по ба­ра­ку, сми­рен­но при­ни­мав­шая участь «ка­тор­жан­ки» и до по­след­не­го вздо­ха са­мо­от­вер­жен­но во сла­ву Бо­жию об­лег­чав­шая стра­да­ния боль­ных в сып­но­ти­фоз­ном са­рае-изо­ля­то­ре…

Их сот­ни ты­сяч…

Свя­тые но­во­му­че­ни­ки

Алек­сандр Са­ха­ров, про­то­и­е­рей (†1927)
Алек­сандр Ор­лов, про­то­и­е­рей (†1937)
Алек­сандр (Щу­кин), ар­хи­епи­скоп Се­ми­па­ла­тин­ский (†1937)
Ам­фи­ло­хий (Сквор­цов), епи­скоп Ени­сей­ский (†1937)
Ана­то­лий (Гри­сюк), мит­ро­по­лит Одес­ский и Хер­сон­ский
Ан­то­ний (Пан­ке­ев), епи­скоп Бел­го­род­ский (†1937)
Ар­ка­дий (Осталь­ский), епи­скоп Бе­жец­кий (†1937)
Ва­си­лий (Зе­лен­цов), епи­скоп При­лук­ский (†1930)
Вла­ди­мир (Ло­зи­на-Ло­зин­ский), про­то­и­е­рей (†1937)
Вла­ди­мир Мед­ве­дюк, про­то­и­е­рей (†1937)
Гер­ман (Ря­шен­цев) (†1937)
Да­мас­кин (Цед­рик), епи­скоп Ста­ро­дуб­ский (†1937)
Да­ми­ан (Вос­кре­сен­ский), ар­хи­епи­скоп Кур­ский (†1937)
Ев­ге­ний (Зер­нов), мит­ро­по­лит Ни­же­го­род­ский (†1937)
За­ха­рия (Ло­бов), ар­хи­епи­скоп Во­ро­неж­ский (†1937)
Иг­на­тий (Сад­ков­ский), епи­скоп Ско­пин­ский (†1938)
Ила­ри­он (Тро­иц­кий), ар­хи­епи­скоп Ве­рей­ский (†1929)
Иоанн Ска­дов­ский, свя­щен­ник
Иоанн Стеб­лин-Ка­мен­ский, про­то­и­е­рей (†1930)
Иосаф (Же­ва­х­ов), епи­скоп Мо­гилев­ский (†1937)
Иуве­на­лий (Мас­лов­ский), ар­хи­епи­скоп Ря­зан­ский (†1937)
Ни­ко­лай Вос­тор­гов, про­то­и­е­рей (†1930)
Ни­ко­дим (Ко­но­нов), епи­скоп Бел­го­род­ский (†1918)
Ни­ко­лай (Прав­до­лю­бов), про­то­и­е­рей (†1941)
Они­сим (Пы­ла­ев), епи­скоп Туль­ский (†1937)
Петр (Зве­рев), ар­хи­епи­скоп Во­ро­неж­ский (†1929)
Про­ко­пий (Ти­тов), ар­хи­епи­скоп Хер­сон­ский (†1937)
Се­ра­фим (Са­мой­ло­вич), ар­хи­епи­скоп Уг­лич­ский (†1937)

Свя­щен­но­ис­по­вед­ни­ки

Ам­вро­сий (По­лян­ский), епи­скоп Ка­ме­нец-По­доль­ский (†1932)
Афа­на­сий (Са­ха­ров), епи­скоп Ков­ров­ский (†1962)
Вик­тор (Ост­ро­ви­дов), епи­скоп Гла­зов­ский (†1934)
Ни­ко­лай (Ле­бе­дев), про­то­и­е­рей (†1933)
Петр Чель­цов, про­то­и­е­рей (†1972)
Ро­ман (Мед­ведь), про­то­и­е­рей (†1937)
Сер­гий (Го­ло­ща­пов), про­то­и­е­рей (†1937)
Сер­гий (Прав­до­лю­бов), про­то­и­е­рей (†1950)

Пре­по­доб­но­му­че­ни­ки

Ве­ни­а­мин (Ко­но­нов), ар­хи­манд­рит (†1928)
Ин­но­кен­тий (Бе­да), ар­хи­манд­рит (†1928)
Ни­ки­фор (Ку­чин), иеро­мо­нах (†1928)

Пре­по­доб­но­ис­по­вед­ни­ки

Ни­кон (Бе­ля­ев), иеро­мо­нах (†1931)

Му­че­ни­ки

Ан­на Лы­ко­ши­на (†1925)
Ве­ра Сам­со­но­ва (†1940)
Вла­ди­мир Прав­до­лю­бов (†1937)
Сте­фан На­ли­вай­ко (†1945)

Источник www.azbyka.ru

(53)